Очерк по вопросам административной ответственности по ч. 2 ст. 15.15.5 КоАП РФ.
Подготовил приглашенный эксперт Андрей Ордан.

С 26.06.2026 вступили в силу изменения КоАП РФ, в соответствии с которыми ч. 2 вышеуказанной статьи имеет следующую диспозицию:

"нарушение юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, физическим лицом, являющимися получателями субсидий, условий их предоставления, в том числе установленных порядками предоставления субсидий, а также договорами (соглашениями) о предоставлении субсидий, при выполнении договоров (соглашений) о предоставлении субсидий, за исключением случаев, предусмотренных статьей 15.14 настоящего Кодекса".

В данном случае все достаточно очевидно -- предприятия, получающие субсидии, обязаны при их освоении выполнять условия заключенных с ними соглашений.

В число таких условий может входить достижение целевых показателей хозяйственной деятельности. Это относится в первую очередь к субсидиям, выделяемым организациям для развития востребованной отрасли промышленности -- производства станкоинструментальной продукции, например.

При недостижении определенного показателя производства и реализации (чаще всего ключевым моментом является не столько организация самого производства установленной мощности, сколько именно реализация конкретного количества единиц продукции), предусмотренного соглашением, предприятие несет ответственность по ч. 2 ст. 15.15.1 КоАП РФ.

В то же время остается вопрос об аналогичных фактах срыва достижения целевых показателей, допущенных в период до 26.06.2026.

Ранее диспозиция статьи выглядела совершенно иначе:

"нарушение юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, физическим лицом, являющимися получателями субсидий, условий их предоставления, за исключением случаев, предусмотренных статьей 15.14 настоящего Кодекса".

Иными словами, административная ответственность наступает лишь в случае нарушения получателем субсидии условий их предоставления на самом этапе получения меры поддержки, но не в ходе ее освоения.

Цитируя один из судебных актов, мы можем сделать такой вывод однозначным:

"при квалификации не достижения планируемых результатов хозяйственной деятельности получателем субсидии суды пришли к обоснованным выводам при буквальном толковании положений бюджетного законодательства, что законодатель различает понятия "условия предоставления субсидии" и "условия использования субсидии" как по их правовой природе, так и по правовым последствиям нарушений условий предоставления и использования субсидий" (см. постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 05.11.2019 № Ф03-4584/2019 по делу № А73-5398/2019).

Аналогичным образом подходили к данном вопросу и иные суды по другим делам (см. решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.06.2019 по делу № А71-5563/2019, определение Верховного Суда РФ от 21.01.2020 №303-ЭС19-26506 по делу № А73-5398/2019).

Например, это относится к фактам представления на этапе подачи заявки искаженных данных, позволяющих получить субсидию, а также в связи с отсутствием оснований для ее получения (хотя последний довод тоже является спорным, поскольку есть подтвержденная ВС РФ практика АСГМ о том, что если госоргану перед получением субсидии представлены обосновывающие документы в полном объеме без искажений, то орган обязан был самостоятельно выявить недостатки и просто отказать в предоставлении субсидии предприятию, и вины последнего в этом нет; см. определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.12.2018 № 305-АД18-14921 по делу № А40-186686/2017).

Вполне возможно, именно подобная практика привлечения к административной ответственности по ч. 2 ст. 15.15.5 привела к необходимости внесения изменений в диспозицию статьи, в результате чего теперь можно привлекать лиц и за нарушения условий заключенных соглашений на предоставление субсидий, в том числе в части недостижения целевых показателей, заложенных в сами соглашения.